Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
22:53 

Одно из исполнений с торфеста)

Dr. H. Lecter
Мне можно. Я няшка.(с)
Вообще-то заявка звучала Тор, Мстители/Локи. Однажды утром Тор просыпается и видит что мир изменился. Если раньше Мстители были милыми и симпатичными людьми с прекрасным чувством юмора, то сейчас Щ.И.Т. – суровая правительственная организация со строгой субординацией и не гнушающаяся пытать пленников и ставить над ними эксперименты. Особенно если они представители неизведанных миров и обладают магическими способностями. Жуткий ООС, жестокость, насилие., я извратил ее в ходе выполнения, поняв, что не могу сделать из Клинта хладнокровно издевающегося над Локи гаденыша. Кажется, заказчик не обиделся на вольное обращение с заявкой, чему я рад.

Название: "...И все-таки брат"
Автор: Melaris (он же - Рокэ, герцог Алва)
Пейринг: по ходу текста - Старк/Локи, Стив/Локи (подразумевается), Локи/Клинт (фоном)
Рейтинг: R, до NC не дотянуло, да и не хотелось.
Размер: миди (8840 слов)
Категория: слэш (Кэп не спит)))
Жанр: ангст жестокий и беспощадный.
Дисклеймер: персонажи - Марвелам, дивная заявка - заказчику, кривые руки и больная фантазия - мне.
Предупреждения: как и оговорено в тексте заявки - AU и ООС, даже без учета того, что написано это было задолго до выхода фильма. Смерть персонажа, насилие, ну и так далее.


...Когда все изменилось? В какой момент?
Раньше мы были другими. Честнее и проще. Или сложнее? Не знаю, как это назвать. Но мы были... лучше?
Раньше мы спасали. Защищали. И, даже воюя, умели быть искренними и радоваться жизни. Все это было...
Теперь дела обстоят иначе. Я не знаю, можно ли этому радоваться или надо проклясть тот момент, когда мы превратились в вершителей правосудия, которым не положено иметь ни сердца, ни эмоций, которые не должны сомневаться в своей правоте...

Тор которую ночь не мог уснуть. Стоило задремать, как он подскакивал с ощущением, что ему не хватает воздуха, хотя вот уж где-где, а здесь, в предместье Нью-Йорка, где располагался его дом, воздуха было хоть отбавляй. Чистого, свежего, пахнущего морем. Не то что в штаб-квартире Мстителей, особенно в ее подземной части, оборудованной под лаборатории... и камеры.
Как всегда, при воспоминании ас скрипнул зубами. Он был там пару раз. Первый - когда его знакомили с устройством базы; он тогда еле удержался от того, чтобы выбежать прочь, настолько тяжело оказалось находиться под низким бетонным потолком. Старк после этого поволок его в ближайший ресторан - смывать впечатление коньяком.
А второй раз - две недели назад. Когда в одну из камер притащили бесчувственного Локи, наконец-то попавшего в умело расставленную Мстителями ловушку. Эту операцию они готовили долго, просчитывая все варианты, чтобы у бога обмана не было никакого шанса уйти, и все равно успех стал для Тора шоком. Может быть, подсознательно он не верил, что Локи можно застать врасплох, что его можно победить, что можно...
За четырнадцать дней Тор не то что не видел брата, так и вообще мало что знал о его судьбе. Коулсон, когда ас спросил его, что будет с трикстером, смерил его холодным взглядом и ответил, что это касается только ученых. Оказавшийся поблизости Роджерс с ухмылочкой пояснил фразу начальства: Локи отдадут Старку, Бэннеру и их помощникам, которых хлебом не корми, дай что-нибудь поизучать. Желательно при этом попытаться разобрать на составные части и проверить, что будет, если их скомбинировать в другом порядке. Когда до Тора дошел смысл этих слов, он чуть не придушил звездно-полосатого героя всея Америки, хотя тот в данной ситуации был вроде как не виноват.
Для Тора – ас немало удивился, осознав это – Локи все равно оставался в первую очередь братом. Жестоким, высокомерным, коварным и мстительным, но братом. Хотя две недели назад самым главным желанием и Тора, и его друзей было убить трикстера немедленно, причем как можно более зверски…
Они вообще думали, что он уйдет, он мог уйти, исчезнуть с крыши заброшенного завода, на которой должна была развернуться главная часть их плана. Локи разгадал все их намерения и, забудь он на тот момент свою привычку играть с противниками, сейчас он не был бы пленником, запертым в подземных камерах Щ.И.Т.а. Но ему хотелось в очередной раз посмеяться над ними.
Если бы не эта его игра…
Коулсон только бровь поднял, когда они вернулись в штаб не все, зато с такой ценной добычей, безжизненно висевшей на плече Старка. Он никогда не показывал своего удивления, гнева, тревоги. Ни одной эмоции, словно это у него в груди вместо человеческого сердца ядерный реактор. Коротко велел следовать за собой к лифту, который доставил их вниз, в самую защищенную часть базы. Там Локи передали на попечение помощников Бэннера, а Мстители вернулись в кабинет Коулсона и лишь тогда он начал задавать вопросы.
- Что с Бартоном?
Слов не нашлось ни у кого.
Две недели Тор пытался понять, что же все-таки случилось, почему поймать Локи можно было только такой ценой. И почему… етун его забери, почему он не воспользовался представившимся ему шансом скрыться…?

- Где он?
- Наташа, сзади!
- Ах ты ж, Нидхегг тебя за ногу! – ругался Тор, в очередной раз ловя Мьелльнир и тут же вновь отправляя его в направленный полет, теоретически – в том направлении, где мог появиться Локи. Трикстер играл с ними в прятки, постоянно телепортируясь с одного места на другое – недалеко, в радиусе нескольких метров, но ведь мгновенно, так что все попытки в него попасть хоть чем-нибудь раз за разом оканчивались неудачей. Плазменные заряды Старка цели не достигали, зато уже оставили несколько дыр разной степени аккуратности в на совесть сложенных старых стенах, на метательные ножи Локи тоже плевать хотел. Мьелльнир и щит Капитана были страшным оружием, но не самонаводящимся же, тем более, если враг ни секунды не остается неподвижным. Хоукай, плотно сжав губы и перестав балагурить, методично выпускал стрелы во всех направлениях, пару раз едва не зацепив друзей, случайно оказавшихся на линии прицела. Халк… он виртуозом дальнего боя, как ни крути, не был.
…Смех Локи, свист летящих стрел, взрывы. Камни разлетаются в стороны, Стив в последний момент успевает отпрыгнуть, отдернуть Наташу и вместе с ней перекатиться на несколько футов влево, ближе к друзьям, спасаясь от каменного дождя. Совсем рядом с обваливающейся стеной мелькает гибкая фигура в зеленом и Тор, не задумываясь, швыряет туда молот.
Оборвавшийся смех… Тишина. Шаги.
- Что ты делаешь? – голос Тони звучит как-то непривычно, Тор удивленно смотрит на него, потом поворачивает голову и видит сам.
Бартон, опустив лук, идет к трикстеру. Тот стоит, оперевшись одной рукой на то, что осталось от стены, шлем с головы слетел, отросшие черные волосы обрамляют лицо. На лбу – длинная ссадина, из которой сочится кровь.
- Клинт! – это уже Черная Вдова, поднявшись на ноги, пытается дозваться до него. Он будто не слышит, останавливается перед Локи и что-то говорит ему. Очень тихо, так, что Мстители не могут разобрать ни слова и лишь напряженно следят за выражением лица своего противника. Его они видят, Хоукая – нет.
- Что происходит?.. – растерянно произносит Тор.
- Не понимаю, - пожимает плечами Роджерс. – Почему Клинт его не убивает, не оглушает, в конце концов… ничего не делает?
- Зубы заговаривает, - хмыкает Тони. И тут до Громовержца доходит.
- Нет, наоборот, это не Бартон, это Локи ему морочит голову! Он же умеет подчинять себе сознание, причем менять его непоправимо! – он помнит, его младший братишка всегда это умел, и не вдруг можно было разобрать, где кончается врожденное обаяние самого Локи и начинаются его чары.
- Непоправимо?
- Да…
Они следят за происходящим, но почему-то ничего не делают.
- Клинт не из тех, кто позволит задурить себе голову, - уверенно говорит Бэннер. – Вот увидите, он просто усыпляет бдительность Локи…
Мстители не сводят глаз с лица трикстера. И внутренне вздрагивают, когда он улыбается. Кажется, или в этой улыбке в самом деле сквозит торжество?
- Не может быть, - шепчет потрясенный Стив. – Что же делать?
Они поворачивают головы к Старку. В спорных вопросах лидер команды – он. Но и ему сейчас нелегко принять единственно возможное решение.
- Если… - он нервничает, это даже под шлемом не скроешь, - если Соколиный Глаз поднимет лук – нам придется его уничтожить. Иначе они вдвоем выведут полкоманды из строя прежде, чем мы опомнимся.
- Господи… - Наташа сейчас совершенно не похожа на бесстрашного агента, но она этого не замечает, как не замечают своего состояния они все. – Только не это…
Минута. Двое у стены обмениваются еще несколькими короткими фразами, а потом Клинт вскидывает лук и медленно оборачивается к друзьям.
Рука Тони чуть заметно дрожит, когда он выпускает плазменный луч в Бартона…


- Почему он не ушел?..
Локи словно оцепенел после того, как Тони выстрелил. Он не попытался исчезнуть, когда к нему с двух сторон бросились Капитан и Тор. Аккуратно оглушив брата рукоятью молота, ас на секунду заглянул ему в лицо. Это застывшее, безразличное выражение было ему знакомо, но он не мог понять, с чем оно связано в данный момент.
Он же мог спастись. Пока Мстители, в ужасе от самих себя, принимали решение, пока они прыжками неслись к нему – он мог уйти. Но не сделал этого.
Тор не находил ответа. А сейчас он чувствовал, что должен увидеть Локи и поговорить с ним. Выяснить, что руководило младшим братом в его поступках, в том числе и в последнем, стоившем ему свободы. Почему-то это казалось очень важным.

Наверное, мы изменились именно тогда, две недели назад. Наверное, в тот миг, когда Тони стрелял в Клинта, понимая, что это наш единственный шанс. Как мы на это решились?
Они ненавидят Локи, каждый по-своему. А я? Я – не знаю…


«А что будет, если…?»
Вопрос возник буквально минуту назад, когда Тор входил в кабинет Фьюри. Что будет, если глава Щ.И.Т.а не согласится? Что ни говори, Локи – пленник, его судьба еще не решена, но то, что его никуда не отпустят, ясно было с самого начала. Ну, Тор и не собирался требовать его освобождения, ему просто нужен был разговор с братом. Его братом.
- Вы что-то хотели? – Ник Фьюри, сцепив пальцы под подбородком, изучающе смотрел на аса. Тот внезапно почувствовал себя неуютно, но отступать было поздно, да и не в его привычках, если уж на то пошло.
- Да. Я хотел бы увидеть Локи и поговорить с ним.
- Зачем вам это? – подозрительности в тоне Фьюри хватило бы на целый полк спецагентов, причем перманентно страдающих паранойей.
- Он мой брат. Я хочу, чтобы он объяснил мне, почему поступает именно так, а не иначе.
Темнокожее лицо оставалось абсолютно бесстрастным. Тор ждал, сочиняя в уме правдоподобный предлог для того, чтобы проникнуть в подземную часть базы, если начальство скажет «нет».
- Хорошо, - сказал Фьюри. – Завтра днем вы сможете увидеться с ним.
- А почему не сегодня? – вопрос сорвался сам собой.
- Сегодня с ним общается профессор Бэннер. Он вряд ли обрадуется тому, что его отвлекают. – Фьюри потянулся за телефоном, показывая тем самым, что разговор окончен.

Завтра…
Тор шел по улице, засунув руки в карманы и равнодушно разглядывая сияющие цветными огнями витрины. Нью-Йорк жил своей привычной жизнью, даже не подозревая, что избавлен, так же, как и весь Мидгард и многие другие миры, от чудовищной опасности и что его избавители сейчас здесь, ходят по этим тротуарам, радуются этой же жизни.
Две высокие фигуры, вывернувшие из-за угла и направившиеся к ближайшему ресторану, показались очень знакомыми. Приглядевшись, Тор уверенно опознал Старка и Кэпа, которых, к слову говоря, сегодня с самого утра не видел. Они были явно навеселе и его не заметили. А он решил не подходить. Навязывать им свое общество не хотелось.
Дома было темно и тихо. Тор жил здесь один, Джейн постоянно ездила то на конференции, то еще куда-то, да и он не мог располагать своим временем свободно. Хотя сейчас, наверное, пока что мог – пока не объявится еще какой-нибудь враг.
Иногда ему становилось очень одиноко, вот как в этот вечер. Шум города почти не долетал до небольшого особняка, укрытого за деревьями, и создавалось ощущение, что вокруг нет вообще никого, словно все люди куда-то исчезли. В Асгарде с ним никогда ничего подобного не происходило.
В Асгарде с ним был Локи. Постоянно рядом…
Тор скучал по тем временам. И по своему немногословному улыбчивому младшему брату. Если бы можно было все вернуть, он бы согласился без колебаний. Даже если бы при этом потерял Джейн.
«Брат… только расскажи, объясни: что с тобой происходит?..»

…То, что уже наступила ночь, Локи понял только по абсолютной, оглушающей тишине. И еще – по темноте, которая в отличие от холодного электрического света не резала не желающие открываться глаза.
Он попытался шевельнуться и тут же стиснул зубы, сдерживая стон – тело с готовностью напомнило и о переломах, и о каком-то очередном препарате, который сегодня на нем проверяли, как на подопытном животном… и о том, что с ним делал Тони Старк, пока в лаборатории никого не было. Хотя если б даже были – кто бы стал ему мешать?
Еще один день. Еще одна ночь. Сколько их уже? Четырнадцать? Пятнадцать? А сколько еще будет? И сколько он сможет выдержать?.. Его способность к регенерации была даже выше, чем у Тора – спасибо Лафею – но должна же и она когда-нибудь иссякнуть? Желательно, чтобы это случилось раньше, чем он сойдет с ума.
Здесь трудно дышать. И холодно – по крайней мере, ночью – так, что ему кажется, будто по жилам течет не кровь, а вода из ручьев Етунхейма. Во время одной из их с братом вылазок туда Локи из интереса попробовал глотнуть этой воды. Ощущение было, словно проглотил кусок льда, причем с очень острыми гранями…
Брат. Тор. Шумный, самоуверенный, абсолютно не умеющий думать перед тем, как действовать… За то время, что Локи провел в этих лабораториях, он ни разу не пришел. Роджерс, «снизойдя до разговора», пояснил, что Тору противно иметь с ним дело.
Противно… Разбитые губы скривились в подобии усмешки. Локи сам не знал, хочет ли он, чтобы это было неправдой, или нет. Он никогда не считал себя особенно наивным и не верил в то, что «придет Тор и спасет». Зачем ему приходить? Младший брат пытался его убить. Не раз и не два. Угрожал этому странному миру, к которому Тор привязался по сути только из-за того, что в нем жила человеческая женщина, в которую он влюбился… Да, у Тора есть основания его ненавидеть… презирать? Его ненавидят все Мстители – всей своей разношерстной командой. Есть за что.
Только вряд ли они ненавидят его сильнее, чем он сам. Как ни смешно – по той же самой причине…

- Они поймут, что это неправда.
- Не поймут. Решат, что я действительно под твоим контролем. Тор нам про тебя рассказал, наверное, все, что мог рассказать.
- Ты дурак, Клинт, - Локи пытается усмехнуться, но не получается – ему слишком тревожно.
- Может быть. По логике вещей я должен уже выстрелить, но ты помнишь, с какого момента моя логика изменилась.
Бартон стоит спиной к своим друзьям и не видит их лиц, а Локи видит. Они растеряны, а еще – бесятся из-за того, что ничего не могут сейчас сделать.
- Ты уверен, что они не попытаются тебя убить? Если я тебя контролирую, значит, ты для них опасен.
- Они мои друзья, - он пожимает плечами. Он, как и Тор, искренне убежден, что друзья не бьют в спину. Уверен, что есть что-то важнее задания, вражды и всего прочего. И Локи уже почти готов с ним согласиться.
- Все должно быть правдоподобно…
Хоукай согласно кивает:
- Так оно и будет. Они же не знают, что я не буду стрелять в них.
Насколько же они уже привыкли играть?.. Не показывать того, что есть на самом деле…
Локи знает, что Мстители смотрят на него. И ему не надо делать над собой усилие, чтобы изобразить на губах торжествующую усмешку. Клинт подмигивает и неторопливо поворачивается, поднимая лук, чтобы прицелиться.
…Он в самом деле не верил, что друзей можно убивать. Что бы ни было…


Надо было тогда разнести к етунской бабушке эту крышу со всеми, кто на ней находился. Да, и с самим собой тоже. А он просто вмиг разучился двигаться, дышать и говорить, глядя, как Бартон роняет вдруг ставший бесполезным лук и падает на камни. И ему уже было все равно, когда рядом оказались брат и этот… звездно-полосатый герой.
Он тогда еще не догадывался, что будет дальше…

Приходить в себя не хотелось. Болела голова, словно по ней били долго и упорно, ныли крепко стянутые холодным металлом запястья, а смутно знакомые голоса, спорившие где-то справа от него, не оставляли никаких сомнений в том, что он все-таки в плену и ничего хорошего ему при любом раскладе не светит. Впрочем, его это не пугало. Мгновенно вспомнив, что случилось, Локи пришел к выводу, что терять ему больше нечего. Все, что мог, он уже потерял: любовь семьи, брата, родной мир… теперь к этим потерям прибавилась еще одна, по имени Клинт Бартон. Ни мидгардская медицина, ни вся та магия, которой владел трикстер, не могли возвращать жизнь…
Инстинкт самосохранения подсказывал, что не надо открывать глаза, не надо давать понять, что он уже очнулся – лучше всего сейчас было прикинуться пребывающим в глубоком обмороке и подождать, пока враги уйдут. И тогда уже осмотреться и подумать о своем положении. Но внимать голосу разума Локи сейчас был настроен менее всего.
- Оп-па, смотри-ка, кто соизволил проснуться! – он не видел Старка, но отчетливо представил себе привычную высокомерно-ехидную ухмылочку на породистом лице. – Наш гость из иного мира, бог, ледяной великан… кстати, для великана он что-то маловат ростом, не находишь, Стив?
- Да, пожалуй, - протянул тот после непродолжительного молчания, во время которого Локи почти ощущал на себе оценивающие взгляды обоих. – Ну так он же великан только наполовину.
- Ах, да, точно. – Шаги. Неторопливые, приближающиеся. Старк остановился на расстоянии пары футов, не больше – если прислушаться, можно было различить шум работающего реактора.
Пальцы, вцепившиеся в волосы, взъерошив их, были слишком горячими, словно у Тони Старка не только сердце заменено на сложный прибор, но еще и вместо крови магма течет. Трикстер открыл глаза и в упор посмотрел на Айронмена.
- Приветствуем в Щ.И.Т.е, мистер Лафейсон, - ухмылка была именно такой, как он предполагал: наглой, как у обожравшегося сметаны кота, и неприятной.
«Не могу сказать, что рад встрече».
Вслух он ничего не сказал. Это в легендах и мидгардских фильмах персонажи, оказываясь в плену, начинают оттачивать остроумие на противниках. В принципе, будь ситуация чуть-чуть иной, он не упустил бы возможности доказать, что в язвительности с ним не сравнится десяток Тони Старков вместе взятых, но сейчас… Сейчас было все равно. И строить из себя кого-то не было ни малейшего желания. Если б мог – сжался бы в комок и взвыл от заполонившей душу тоски.
- Наш гость, похоже, не в настроении, - сделал вывод Капитан Америка, которого, собственно, никто не спрашивал.
- Ничего, - хмыкнул Старк, - сейчас придет Брюс и разговорит его. Наверное. А потом с ним поговорю я. Лично. Давно хочу.
- Теперь стало поводом больше.
- Да, - тон, которым было сказано это короткое слово, заставил Локи пристальнее всмотреться в глаза Старка. И различить среди стольких эмоций главное – неприкрытую ненависть. – Если бы не он…
Хлопнула тяжелая дверь и в поле зрения возник еще один «мстительный» герой – насколько знал трикстер, это и был упомянутый профессор Брюс Бэннер.
- Он пришел в сознание? – первым делом осведомилась человеческая ипостась Халка.
- Да, минут пять назад, может, десять, - кивнул Старк. Бэннер что-то деловито записал в блокноте:
- Отлично. Тогда, надеюсь, я могу приступать к исследованиям?
- Конечно, - не стали спорить остальные Мстители. – До вечера он в твоем полном распоряжении.
Напоследок смерив Локи очень многообещающим взором, Айронмен направился к выходу, потянув за собой Роджерса.
Бэннер подошел к некому подобию кресла, в котором полулежал пленник, и проверил надежность оков. Включил дополнительное освещение – пришлось зажмуриться, яркий свет больно ударил по глазам. Аккуратно разложил на небольшом столике инструменты, блокнот, несколько шприцев и пробирок, наполненных разноцветными жидкостями. Раньше Локи непременно заинтересовался бы, что это. Правда, раньше он бы не позволил себе так глупо попасться… а какая уже разница…
- Сказать правду – я бы тебя с огромным удовольствием убил, - проворчал профессор, набирая в шприц содержимое одной из пробирок. – Но, раз выдалась такая возможность…
Локи только опустил ресницы, когда в вену впилась тонкая игла. Жидкость, смешивавшаяся с кровью, была прохладной и от нее сразу же немела рука. Бэннер шуршал блокнотом, перелистывая его, и явно чего-то ждал.
Ощущать себя подопытным зверем было неприятно. А потом стало уже не до того, чтобы пытаться осмыслить хоть что-нибудь. Оставалось кусать губы, давить рвущийся крик, выгибаясь от боли и едва не ломая руки. Рядом лихорадочно строчил в блокноте Бэннер, глядя то на пленника, то на часы. Сквозь бешеный стук крови в ушах Локи расслышал его быстрые реплики:
- Отлично, отлично, даже не ожидал такого результата… надо будет усилить…
«Что тебе еще усилить…?»


Ему впервые в жизни было настолько больно и впервые же – настолько страшно. Он за себя особо не боялся, веря в то, что магия защищает его достаточно надежно, по крайней мере, лучше, чем наполовину божественное происхождение. Но за две недели ему доказали, как он ошибался. Сначала Бэннер со своими экспериментами…
А вечером того же дня, как и обещал, заглянул Тони Старк.

…Когда Брюс Бэннер наконец-то убрал свои инквизиторские принадлежности и, помахивая исписанным блокнотом, распрощался с трикстером до завтра, тот был в почти бессознательном состоянии. Последняя из опробованных на нем сывороток – по задумке разработчиков, она должна была подавлять способность двигаться – еще действовала и шевелиться можно было только ценой титанических усилий. Через некоторое время в лаборатории появились четверо профессорских помощников. Они сняли с Локи оковы – выяснилось, что под ними руки плотно охватывают широкие браслеты из какого-то светло-синего металла – и потащили его к выходу.
По коридору, потом направо – и в небольшую, но чистую и довольно светлую камеру. Обстановка скромная – узкая койка, стул и стол, на котором даже красовался ужин. Уложив пленника на койку, ассистенты Бэннера удалились. Щелкнул замок.
Некоторое время он лежал неподвижно, дожидаясь, чтобы немного прояснилось в голове. Почему-то все, что сегодня вколол ему дорвавшийся до экспериментов профессор, будь это даже вполне безобидный (на взгляд Бэннера) анальгетик, вызывало дикую, до крика и судорог, боль. И, если не кричать еще удавалось, то руку он точно вывихнул, пытаясь высвободиться.
Он не мог понять, чего в профессоре-мутанте больше: научного рвения, оправдывающего любые цели для достижения необходимых результатов, или бешеной злости на врага, послужившего причиной гибели одного из друзей…
- Ага, наш несостоявшийся повелитель мира переехал в отдельную комнату, - этот голос Локи сейчас хотелось слышать меньше всего, но его мнение не играло здесь никакой роли. В дверном проеме нарисовался, крутя на пальце связку ключей, Тони Старк. Он зашел в камеру и закрыл за собой дверь. На ключ, машинально отметил трикстер, следя глазами за врагом. Тот в несколько шагов преодолел разделявшее их расстояние и устроился на краю койки, положив ногу на ногу. – Как… м-м, самочувствие?
Локи не любил отвечать на тупые вопросы, а этот, без сомнения, был из списка таковых. Он прикрыл глаза, отворачиваясь и всем своим видом показывая, что не имеет желания продолжать беседу.
- А вот этот вариант поведения мне не нравится, - поведал Старк, прихватывая черные пряди волос и заставляя трикстера снова посмотреть на него. – Я же обещал, что еще зайду поговорить с тобой лично.
- Мне-то какая разница, - устало выдохнул Локи. И вздрогнул, когда Тони наклонился так близко, что он почувствовал на лице его горячее дыхание, запах алкоголя и сигарет.
- Тебе как раз должна быть разница, - зашептал Старк, почти касаясь его губ. – Я представлял себе это несколько иначе… но так, может, даже лучше.
- Ты не в моем вкусе, Энтони Старк, - криво усмехнулся Локи, глядя в горящие светлые глаза.
- Да мне как-то плевать на это, - ладони у Айронмена были воистину стальные. Он прижал пленника к койке так, что дергаться куда-то стало попросту чревато серьезными переломами, и, не дав опомниться, впился в губы требовательным поцелуем. – Ты – в моем, и этого достаточно.
- Псих… - воспользовавшись тем, что Старк ослабил хватку, Локи вывернулся. Драться, когда нет сил, было, конечно, смешно, но об этом он не думал.
- Может, и псих, - согласился Тони, ловя асгардского принца за запястья и сводя их у него над головой. Удерживая их в захвате одной рукой, другой он расправлялся с застежками на рубашке. – Но я знаю, чего хочу.
«Отомстить? Или ты просто хочешь меня? Вот так, без других причин».
Больше всего хотелось закрыть глаза и отрешиться от происходящего. Не чувствовать горячей твердой ладони, скользящей по обнаженной коже, не видеть перемешанной с желанием ненависти во взгляде Старка. Не вспоминать о том, где они, что еще ему предстоит… не помнить…
…А еще лучше – уснуть и проснуться дома, в Асгарде, где окажется, что все это было просто страшным сном…
Призвав на помощь все свое самообладание, Локи легкими движениями пальцев принялся чертить руны. Он сегодня, кажется, уже пытался использовать магию – совершенно бессознательно, когда его в очередной раз скручивало жестокой судорогой от еще какого-то препарата – но у него не получилось. Может, удастся теперь?
Кончики пальцев резануло отдачей, он поморщился и услышал смешок.
- Колдовать не советую, - Старка его попытки сопротивляться откровенно веселили. – Эти браслеты ее блокируют. Мы знали, с кем имеем дело.
«Знали… с кем имеют дело…»
Он все-таки закрыл глаза. Хотя бы не видеть…

…Старк действительно очень давно ждал этого момента. Наверное, с того дня, когда в первый раз увидел нового противника и задался вопросом, какого хрена в Асгарде встречается такая красота, а на Земле – нет. Уже тогда он твердо решил для себя, что, неважно каким способом, но получит Локи, хотя бы на одну ночь.
Он его ненавидел. И он же его хотел. Едва не до наваждений. И сейчас разрывался между этими двумя чувствами.
Если бы не Локи со своей проклятой магией, он бы не стал стрелять в Хоукая.
Если бы не эта ловушка, Локи бы не попался…
Если бы…
Тони всматривался в смертельно бледное лицо с искусанными в кровь губами, проводил по ним языком, словно пробуя на вкус. У богов такая же кровь, как у людей? Только они, в отличие от людей, совершенны – как минимум, вот этот, упорно вырывающийся, не отвечая на ласки.
Он хотел бы быть с ним нежным. И в то же время хотел его сломать. Чтобы больше не думать об этих невообразимо зеленых глазах, о тонких руках, о презрительной усмешке, которой Локи неизменно встречал своих противников.
- Ты – мой… - ладонь скользнула по бедру. Ощущение гладкой кожи под пальцами сводило с ума. Наполовину ледяной великан? Разве они такими бывают?..
Локи молчал, не глядя на Старка.
- Мой… - Тони поцеловал закрытые глаза, прикоснулся к губам. Коленом, преодолевая сопротивление, раздвинул ноги своего пленника, обнял его, теснее прижимая к себе. Подался вперед, медленно, плавно, как в танце. Причинять слишком много боли в его планы все-таки не входило.
Он провел кончиками пальцев по бархатистой щеке, чуть помедлил, прежде чем продолжать движения, то осторожно, то резко и быстро, чувствуя, как напрягается в его руках гибкое тело, слыша прерывистое дыхание Локи и его же шепот:
- Нет… нет-нет-нет…
«Да…»
- Да… - хрипло, уткнувшись ему в плечо, закрыв глаза – потому что кажется, что ослепнуть можно от этого. Ослепнуть, оглохнуть и попросту сойти с ума от наслаждения. Так бывает?.. Кто его знает…
Тони глубоко вздохнул. Заглянул в лицо Локи. На ресницах блестели слезы, и он невольно потянулся вытереть их…

…- Не смей!.. – голос срывался, но Старк все же остановился. Локи перехватил его руку, не позволяя дотронуться, и поднял взгляд. – Уходи.
Он не сильно-то надеялся, что тот послушается. Но Старк поднялся, приводя себя в порядок и, не произнеся ни слова больше, ушел. На сей раз Локи услышал щелчок поворачивающегося в замочной скважине ключа с облегчением.
И только тогда он позволил себе перестать сдерживаться. Шипя от боли, натянул одежду, нервно закутался в одеяло и свернулся клубком, пряча лицо в ладонях.
- Почему?..


Четырнадцать дней и ночей. Бэннер со своими исследованиями, Старк и Роджерс со своими… своим способом пытать попавших к ним в руки врагов. Ну или врага. Одного. Персонально. Локи подозревал, что скоро он станет считать благом сумасшествие…
Странно, что за все это время не появились ни Тор, ни Романова. И если насчет брата ему дали понять, что тот не имеет никакого желания приходить, то отсутствие Натальи удивляло. Она-то, судя по тому, что он о ней знал, ни за что бы не упустила возможность поквитаться с неприятелем.
Хотя… какая разница…
Локи открыл глаза, убеждаясь, что обстановка не изменилась. Сказок не бывает. Сны не сбываются – а теперь ему и сны перестали сниться. Темно и жутко… а может, вот так и сходят с ума?..
- Не хочу, - пробормотал он и отчаянно тряхнул головой, прогоняя видение. – Не хочу сходить с ума…

…Возле массивной двери Тора встретили мрачного вида охранники. Внимательно изучили пропуск, подписанный лично Ником Фьюри, кивнули и один из них равнодушно сообщил:
- Камера номер шестнадцать. Вот ключ.
«Его держат под замком?» - чуть ли не вслух ужаснулся ас, тут же понимая, что это, в общем, логично: опасный враг, угроза безопасности всего мира, не пускать же его разгуливать по базе свободно.
Но все же… что-то в этом было неправильно.
Камера номер шестнадцать была в конце длинного коридора. Поворачивая ключ в замке, Тор еще раздумывал, что он скажет брату, как будет убеждать его рассказать правду, как…
Пленник, лежащий на узкой койке, завернувшись в одеяло, даже не шевельнулся, услышав его шаги. Он подошел ближе:
- Локи?
Очень-очень медленно к нему повернулось бледное тонкое лицо с изумленно распахнутыми зелеными глазами. Тор почувствовал, что у него перехватывает дыхание.
- Локи… - севшим голосом прошептал он.
Долгую минуту, растянувшуюся, наверное, на вечность, брат не произносил ни слова. Просто смотрел, пристально, немного недоверчиво, словно видел впервые… или не надеялся увидеть.
- А кого ты ожидал здесь найти? – на усмешку трикстера не хватило, но в тоне слышалась привычная язвительность.
- Тебя, - ошарашенно ответил Тор. Это не мог быть Локи… справедливые норны, почему?! У него никогда не было такого взгляда. Настолько… безнадежного. Даже когда они висели над бездной, удерживаемые отцом, когда стало ясно, что Один не простит. Даже тогда он не смотрел так… - Что с тобой?
Локи пожал плечами. Он всегда так делал, когда не хотел отвечать на вопрос, который считал дурацким. За столько лет Тор так и не научился определять, какие конкретно вопросы входят в эту категорию. В зависимости от настроения мага туда могло попасть даже безобидное «как дела?», на которое и так-то можно было получить ответ примерно в одном случае из пяти.
- Я хочу поговорить, - осторожно начал ас, чувствуя себя как человек, впервые надевший коньки и ступивший на озерный лед. – Мы… нам давно пора серьезно поговорить. Я хочу разобраться…
- Говори, - равнодушно проронил Локи. Но не отвернулся, только отодвинулся к стене и плотнее закутался в одеяло. Сам что-либо рассказывать он, похоже, не намеревался.
Тору вдруг стало не по себе. Может, он напрасно пришел? Да, он сказал Нику Фьюри, что пообщается с братом, но пока что это не сильно напоминало нормальное общение. Что сказать? И как, чтобы Локи его понял правильно, чтобы перестал уже наконец-то ершиться и выслушал?
- Мы два года встречаемся только как враги. Два года… я уже почти перестал надеяться, что у нас будет шанс поговорить не на поле боя…
Лицо младшего было непроницаемым, точь-в-точь, как у Фьюри вчера. Если бы они не стояли по разные стороны баррикады, отлично бы сработались, не к месту подумалось Тору. Он помолчал, ожидая реакции, и продолжил, сам не зная, зачем все это говорит. Рассказал про Асгард, про то, как восстанавливали Радужный Мост, как ему пришлось отправиться в Мидгард…
- Мама скучает по тебе, - почти шепотом добавил он. Несмело – такого за ним никогда не водилось – коснулся исхудавшей руки брата. Он и раньше-то мог спокойно удержать оба запястья Локи в ладони, теперь и вовсе казалось, что их можно сломать одним неосторожным движением. – Она просила, когда я уходил, чтобы я нашел тебя… она хочет еще раз тебя увидеть…
Локи судорожно выдохнул сквозь стиснутые зубы. Он всегда умел владеть собой, но еще с детства у него не получалось только одно – сдерживать слезы. Он прикусил губу, пряча за длинными ресницами подозрительно потемневшие глаза.
- Локи…
Торопливое, оборванное на полпути движение – будто младший хотел податься вперед, но передумал. Тор невольно потянулся навстречу – обнять, как раньше, когда еще все было хорошо и правильно…
Холодные пальцы вцепились в плечи, притягивая ближе – только на секунду, а потом резко оттолкнули.
- Уйди, брат, - очень тихо проговорил Локи.
Ас хотел возразить, но понял, что младший его сейчас не услышит и не воспримет. Он сидел с абсолютно отстраненным видом, как будто все происходящее его не касалось. Этому он научился еще в Асгарде – говорил, что это нужно для какого-то там магического сосредоточения, чтобы восстанавливалась энергия… Тор не вдавался в подробности.
…Или ему просто нужно было сейчас побыть одному.
- Я еще зайду к тебе… завтра, - пообещал он, выходя за дверь. Локи не ответил.

…А хотелось. До боли хотелось позволить себе момент слабости. Спрятаться в объятиях брата и… Нет, тогда бы он точно расплакался. И осталось бы только просить прощения, выслушивать оправдания Тора – тот оправдал бы и его, и себя, и вообще всех… если бы Локи не вздумалось рассказать ему о Старке и Роджерсе. Он точно знал, что никому во всех девяти мирах ни слова не скажет. Ни об этом, ни о чем-то еще…
Он придет завтра? Зачем? Это же ничего не изменит для них обоих. Но… ладно, пусть приходит. Локи самому себе боялся признаться, что сегодня ему впервые за две недели стало хоть чуть-чуть… не то что легче, но спокойнее – только от того, что старший наконец-то заглянул к нему. Почему он не сделал этого раньше?..

- Завтра? – подчеркнуто вежливо удивился Фьюри.
- Да, - решительно кивнул Тор.
- Вы не наговорились? – поменьше бы льда в тоне и глазах – и ас бы поклялся, что различает за внешней невозмутимостью недовольство. Нику Фьюри не нравилось, что Тор хочет еще раз увидеться с братом.
- Я узнал не все, что хочу. – Была не была, ас решил настаивать до конца.
Фьюри поморщился:
- На завтра у профессора Бэннера и мистера Старка намечена серия опытов, мы не станем ее отменять или переносить. Вам придется подождать до послезавтра.
- Но…
- Нет, Старк и Бэннер не могут отменить свою задумку, - ответил на незаданный вопрос Фьюри. – Вы, надеюсь, понимаете всю значимость их исследований. Изучить такое уникальное существо, как Лафейсон, намного важнее, чем пытаться понять, что происходит в его душе – если она у него вообще есть. Вы же, если вам надо изучить принципы работы ноутбука, не станете тратить время на программу, работающую заведомо неправильно или на испорченную деталь, которая не может вам помочь в решении проблемы?
От такого сравнения Тор внутренне вздрогнул, порадовавшись, что удержался от возмущенного восклицания. Глава Щ.И.Т.а то ли ничего не заметил, то ли сделал вид, что не заметил.
- Я вас не задерживаю, - коротко сообщил он. – Можете быть свободны.
Направляясь к выходу с базы, ас едва не кипел от злости. Фьюри, конечно, в какой-то мере прав, но он перегнул палку такими сравнениями. Локи – не бездушная машина, у которой «одна из программ работает неправильно», он живой, и кто знает, о чем он думает и что он чувствует, ему тоже бывает плохо…
Телефон зазвонил, как всегда, неожиданно. Тор сначала потянулся сбросить вызов – общаться с кем-либо не было желания – но, увидев высветившееся на дисплее им, нажал кнопку приема:
- Слушаю.
- Как дела, шайка засранцев? – поинтересовалась с другого конца провода Романова. Голос ее звучал устало и слегка хрипло.
- Живы, - хмыкнул Тор. – А ты как там?
- Нормально.
- А…
- Без изменений, - наверное, в этот момент она покачала головой.
- Может, можно что-нибудь сделать?
- Нет… можно только ждать.
- Держись, - искренне пожелал Тор. – К тебе, может, приехать?
Она помолчала. Потом вздохнула:
- А смысл? Если бы от этого что-то изменилось… Вы там со своими делами разбирайтесь. С Локи, например. Смотрите не убейте: я приеду и дам ему по … - экспрессивное русское выражение Тор не понял, но общий смысл уловил и покраснел:
- Может, так-то не надо?
- Надо, - отрезала Наталья. – За все хорошее в целом и за Клинта в частности.
- …?
- Не суть. Ладно, я рада, что у вас все в порядке, мне пора. Может, завтра еще позвоню. Приветы парням, - судя по интонации, она попыталась улыбнуться, но вышло плохо. – Отбой.
- До связи, - попрощался Тор и рассеянно сунул мобильник в карман.
Он не мог перестать думать о брате – раз увидевшись с ним, понял, что больше не испытывает к нему ненависти. И не может его жалеть, как жалел бы, лишись тот в самом деле разума. Локи не был сумасшедшим, он не был жаждущим власти и разрушения психом… он был почти что самим собой. Почти прежним.
Тор поймал себя на мысли, что не хочет оставлять его в подземных камерах Щ.И.Т.а на роль «уникального объекта для исследований».
В конце концов, он действительно обещал матери, что вернет ей младшего сына…

Здесь не было окон. С учетом местоположения камеры это, конечно, не удивляло, но чем дальше, тем чаще Локи вспоминал небо. Бескрайнее и переменчивое, соревнующееся в этом с морем, оно всегда рисовалось ему разным. Ясное и безмятежное, такого же цвета, как глаза брата, нестерпимо-синее – перед грозой, черное, сверкающее сотнями звезд – безлунной ночью…
Ему было тесно в этой маленькой комнате, среди бетонных стен. И вчера он окончательно понял, что боится никогда больше не увидеть неба.
А еще… первый раз за это время ему что-то снилось. До того он не столько засыпал, сколько проваливался в беспамятство, где не оставалось места ни для боли, ни для снов, ни для мыслей. Измученный разум отказывался воспринимать реальность и выключался. Наверное, в какой-то мере это было спасением, Локи отдавал себе отчет, что его сны были бы жуткими кошмарами.
Этот сон назвать кошмарным было нельзя, он вообще был… непонятным. Местами грустным. Сначала приходилось с кем-то сражаться, от кого-то бежать, кого-то спасать… Локи с некоторым удивлением обнаружил, что брат рядом с ним, плечом к плечу отражает атаки, словно они не стали врагами… он надеялся увидеть, хотя бы мельком, на секунду, Бартона, но его не было.
Зато была мать. Величественные чертоги Асгарда, Всеотец за пиршественным столом, в окружении воинов… и Фригг, стоящая на террасе, вглядываясь в темнеющую даль. Она повернула голову, будто заметив Локи, и улыбнулась – тепло и ласково, как всегда улыбалась ему… Тор не лгал – она хотела, чтобы младший принц вернулся.
- Мама…? – он не понял, вслух произнес это или только подумал. Услышала ли она?
…Он не надеялся. Но почему-то все-таки ждал, когда придет брат. Может быть, он и вправду сможет сказать ему…
В коридоре послышались шаги. Тор? Нет, не он. Идут несколько человек, брат никого бы с собой не взял. Значит, все-таки не придет… Локи вздохнул, давя всколыхнувшуюся обиду. Но… он же обещал!
Дверь открылась, пропуская Бэннера и его ассистентов. Профессор с кем-то разговаривал по мобильному:
- Да, все готово, осталось его привести. Ну, я на это надеюсь. Нет, не опасно… если не считать того, что с ним вообще нельзя быть ни в чем уверенным. Да, я понимаю. Хорошо, - он выключил телефон и окинул пленника цепким взглядом: - Ну, посмотрим…
Его тон Локи объективно не понравился.

…Откуда взялась эта непонятная, гнетущая тревога – Тор не знал. Она преследовала его с утра, не оставляя ни на минуту, вилась над головой одним из воронов Хель, предвестником несчастья. Избавиться от нее не получалось никакими способами, она все равно то и дело напоминала о себе.
Он чувствовал себя виноватым. Он же сказал Локи, что сегодня навестит его, и даже не предупредил, что придется подождать, что у Старка с Бэннером намечен на сегодня какой-то очередной экспери…
Что?! Ас подскочил на месте, хватаясь одной рукой за Мьелльнир, а второй – за сердце, которое вдруг пропустило удар, а потом заколотилось часто-часто, словно пытаясь выпрыгнуть из груди.
Если это – то, про что Брюс говорит не умолкая уже несколько дней, то… Ох, нет! Он же душу злым богам продаст, лишь бы разобраться, что такое магия и как она действует. Он верит, что все можно объяснить с точки зрения науки, его не убедить, что есть вещи, не поддающиеся пониманию не то что людей, но и самих богов… Ага, сказать Бэннеру, что человеческий разум не всесилен – значит довести его до превращения в Халка за рекордно короткое время.
- Они же его убьют, - прошептал Тор, вспоминая то немногое, что он понял из пестрящих научными терминами рассказов Брюса и Старка о сути своих исследований. – Если… этого даже он не выдержит.
Он не стал переодеваться – выбежал из дома в футболке и джинсах, совершенно не похожий ни на супергероя-Мстителя, ни на бога грома. Только Мьелльнир, рукоять которого теплела в ладонях, будто предвкушая битву, не вязался с этой простой одеждой, но Тору было наплевать.
«И как ты будешь объяснять это Коулсону и Фьюри? Если сейчас, послав все нахрен, бросишься спасать Локи?» - рявкнул внутренний голос, подозрительно напоминающий вечно правильного Роджерса.
«А если я не спасу его… как я смогу смотреть в глаза матери?.. И что бы ни было… он мой брат».
Брат. Все-таки брат…
Охране у ворот базы не пришло в голову его задерживать.

- Брюс, а ты уверен, что таких установок хватит? – с сомнением уточнил Старк.
- Не хватит – добавим мощности, - спокойно ответил тот. – Пора начинать.
- Пора. Посмотрим, из чего сделана магия.
Локи их не видел, только слышал голоса. Из чего сделана магия? Ну-ну, попробуйте узнать, если получится.
Сквозь прозрачную стенку камеры, в которую его поместили, приковав руки к двум невысоким столбам, обвитым проводами и наверняка напичканным такими же проводами изнутри, можно было видеть всю лабораторию. В том числе и этих двоих с помощниками, сосредоточенно колдующих над аппаратурой.
Локи не смотрел.
- Включаем?
- Включаем, - кажется, Старк улыбался.

- Ваш пропуск, мистер Одинсон, - у выхода из лифта его встретили те же охранники, что и вчера. Тор хмыкнул:
- Мне носить его с собой постоянно?
- Да. Если его у вас с собой нет, мы вынуждены попросить вас покинуть нижний этаж.
- В самом деле? – ас поднял бровь и многозначительно поглядел на свой молот. Юмор не оценили – в руках охранников мигом возникло оружие:
- Мистер Одинсон, о вашем странном поведении будет доложено мистеру Коулсону, вы же понимаете…
- Понимаю, - согласился Тор и осекся, услышав чей-то крик. Приглушенный дверями и расстоянием, но тем не менее различимый. Чей-то?
«Локи!..»
Крик повторился, долгий, отчаянный, больше похожий на вой раненого зверя. Так, наверное, кричат в Хельхейме души осужденных на вечные муки, но никогда Тор не представлял, что подобный вопль может вырваться у живого существа.
- Извините, господа, но у меня нет времени, - он резко взмахнул Мьелльниром, расшвыривая элитную охрану Щ.И.Т.а в стороны как котят, и рванулся вперед.
«Что же они делают?!»
Кажется, кто-то из охранников, не приложившийся головой об стену, пытался вызвать подкрепление. Тор не глядя бросил молот, раздался неприятный треск пробиваемого черепа.
Поймав измазанный кровью Мьелльнир, ас понесся дальше, считая одинаковые, отсвечивающие серым двери. Возле одной он остановился так резко, словно налетел на невидимую стену. Прислушался – и со всей силы ударил по ней.

…Гордость на сей раз не выдержала. Правда, только после того, как хрустнули, ломаясь, кости обоих запястий, вывернутых в бесплодной попытке освободиться. Тело рвалось прочь, а затуманенный разум не удерживал его.
Локи не знал, что именно с ним происходит, чего хотят добиться Старк и Бэннер этим опытом. Он понимал лишь то, что никаких сил не хватит, чтобы пережить такое. Ну и что, что он наполовину ас, а наполовину етун? Он тоже живой… пока. И не отличается абсолютной неуязвимостью…
Магия?.. Чтобы ее использовать, надо контролировать хотя бы собственный рассудок…
Еще один разряд, похожий на электрический, но намного сильнее, прошил тело, и Локи закричал, выгибаясь дугой, почти теряя сознание от боли.
«Нет! Нет-нет-нет!» - настойчиво билось в висках.
С тихим звоном светло-синие браслеты, блокирующие магию, лопнули. Он не обратил внимания, просто инстинктивно стиснул пальцы – и поток энергии заструился на волю.
В голосах Мстителей звучало нечто странное, то ли испуг, то ли ликование – Локи уже не воспринимал интонации. Он рухнул на колени, судорожно сглотнул, чувствуя привкус крови на губах…
Высокую фигуру, возникшую на пороге, он узнал, хотя глаза застилали слезы.
«Ты все-таки пришел…»

Тор сначала остановился, ошеломленный увиденным. Тони и Бэннер обернулись:
- Что ты тут делаешь?
- Сюда запрещено входить, пока идет эксперимент, какого хрена, Тор?
Он не ответил, глядя на стоящую посреди лаборатории камеру – прозрачный цилиндр, в котором вилась, клубилась, сплеталась в причудливые серебристо-дымчатые узоры магическая энергия, окружая плотным кольцом неподвижно замершую тонкую фигурку. Локи…
- Что вы с ним сделали?
- Все равно не поймешь, - махнул рукой Брюс. В его глазах горел какой-то сумасшедший огонек. – Если усилить мощность, можно будет попробовать управлять этой энергией и…
- Ты рехнулся? – рыкнул ас. – Ты не знаешь, что такое магия, ей может управлять только тот, кому она досталась от рождения.
- Антинаучные бредни, - заявил Бэннер. – Тор, лучше уйди, а?
- Ну уж нет… - договорить он не успел.
Пока Локи был в сознании, магия собиралась вокруг него. И теперь она серебристым вихрем металась в поисках выхода.
Прочные стенки камеры брызнули осколками во все стороны. Тор еле успел отвернуться, чтобы хотя бы защитить лицо, заметил, как то же самое сделали Старк и Бэннер, а их ассистенты просто нырнули под пульт, надеясь укрыться там. Зря. Мерцающий смерч прошелся по лаборатории, сметая все, что попадалось навстречу. Аппаратура разлетелась на мелкие кусочки вперемешку с обрывками проводов, от людей осталось кровавое месиво на полу и стенах. Смерч добрался до дальнего угла комнаты, вернулся к хозяину и рассыпался каскадом искр.
- Невероятно, - восхищенно прошептал Брюс. – Это же… просто великолепно. И это еще ненаправленная, действующая сама по себе энергия, причем ничтожно малое ее количество. – Он обвел взглядом разгромленную лабораторию. – Невероятно…
- Невероятно, конечно, - согласился Старк, - но пока что надо изолировать его и надеть новые браслеты. Иначе он своей магией воспользуется сам, как только очнется.
- Ты прав, - Бэннер направился к пленнику.
- Стоять! – негромко приказал Тор, становясь у него на пути. – Не смей к нему подходить.
- Ты что? – удивился профессор. Похоже, искренне. Так же, как пять минут назад любовался результатом выплеска магии, не задумываясь о том, что погибли – и погибли страшно – его же помощники.
- Я сказал, чтобы ты не подходил к нему, - повторил ас.
- Тор, не дури, - вмешался Тони. – Ты хочешь оставить его здесь, пока он не придет в себя и не сбежит?
- Нет. Я ухожу. И забираю Локи с собой.
- Ты этого не сделаешь, - возразил Айронмен.
Улыбка, скользнувшая по губам аса, была злой:
- Сделаю.
Старк прыгнул к нему, одновременно подхватывая со стола скальпель – страшное оружие, если уметь им пользоваться. Старк умел.
Тор отскочил в сторону, Тони пролетел мимо, в последний момент сгруппировался, приземляясь все-таки на ноги. Развернулся, в упор глядя на противника.
Противника? Еще вчера, еще сегодня утром они были друзьями.
- Никуда ты его не заберешь, - прошипел Тони. – Не позволю.
- Ты? Не позволишь? Он не твоя собственность.
Старк лишь хмыкнул вместо ответа, вновь бросаясь в атаку. Внезапно изменив направление движения, оказался рядом с разбитой камерой. Лезвие скальпеля блеснуло, когда он замахнулся для удара.
Тор одним прыжком преодолел разделяющее их расстояние. Поймал Тони за локоть, резко вывернул, почувствовав, как под пальцами переламываются кости. Старк невольно вскрикнул – больно ему, должно быть, было ужасно. Только ас не был намерен его жалеть. Скальпель выпал из разжавшейся ладони, Тор отшвырнул его в сторону.
- Ну, давай, Тор, доверши начатое, - криво усмехнулся Старк. – Ты можешь убить нас всех – своих друзей. Ради этого выродка, который мечтал уничтожить мир.
Ас покачал головой и с силой пнул Айронмена по колену. Чтобы не вздумал геройствовать дальше – со сломанной ногой бегать труднее.
- Я не убиваю своих друзей, - ответил он. – Даже если они стали врагами.
- Это тоже из-за твоего драгоценного братца. Если бы не он…
- Он хотел уйти. – Тор присел на корточки, вытащил из кармана Старка ключ – карточку с микросхемой, вставил ее в каким-то чудом не раскуроченный блок у основания камеры. Щелкнув, наручники открылись. – Отпусти мы его тогда – ничего этого бы не было. Клинт был бы сейчас с нами, а не…
- Как бы ты поступил на моем месте? – не выдержал Старк.
Пожав плечами, ас поднял брата на руки и зашагал к дверям, осторожно переступая через спутанные провода, покореженный металл и куски обгорелого пластика. На пороге он повернул голову, ловя взгляд Айронмена:
- Я не стал бы убивать друга.

Я не стал бы убивать друга…
Рев Халка послышался за спиной уже когда Тор почти добрался до выхода. Ему пытались, конечно, помешать, но он в этом случае просто крепче прижимал к себе Локи и свободной рукой вытаскивал из петли на поясе Мьелльнир. Руны, украшающие молот, зловеще светились. Чаще всего этого хватало. Все-таки асу не хотелось оставлять за собой горы трупов. Но вот Халк…
Зеленокожий монстр выпрыгнул из-за очередного поворота, разнеся при этом часть стены.
- Халк крушить!!! – он не склонен был внимать доводам разума, его интересовало сейчас только одно: удовлетворение страсти к разрушению. Как и всегда в этом облике. И пропускать Тора он не собирался. А Тор не собирался сражаться с ним, посему предпочел исчезнуть в ближайшем коридоре, по счастливой случайности избежав удара огромного зеленого кулака.
Хорошо еще, что за время работы в Щ.И.Т.е он успел разобраться в планировке базы и знал, что немного дальше есть еще один выход. По коридору налево, спуститься на несколько ступенек, пройти небольшой зал…
- Куда ты собрался? – спокойно поинтересовался Стив. Он стоял у двери, прислонившись к ней и скрестив руки на груди. – Еще и с этим…
Тор скрипнул зубами:
- Это – мой брат. И я не намерен больше оставлять его здесь.
Капитан сделал шаг вперед, тускло блеснул вибраниумовый щит.
- Тебе придется убить меня, чтобы уйти.
- Твою мать, Роджерс! – Тор нетерпеливо мотнул головой – растрепавшиеся светлые пряди волос падали на глаза. – Не нарывайся хоть ты, а? Даже если вы сейчас против меня, это не значит, что я против вас.
- Значит, - Стив был еще серьезнее, чем всегда. – Ты спасаешь Локи. Это значит, что ты на его стороне, а не на нашей.
Вздохнув, ас потянул Мьелльнир за рукоять. Если огреть Кэпа по макушке, он угомонится?
Роджерс метнул щит первым. Тор вскинул молот, отражая удар. Драться одной рукой было неудобно, но отпустить брата хотя бы на минуту он боялся – кто знает, что еще с ним случится.
- Ты со мной так не справишься, - предостерегающе произнес Стив, подходя ближе. И улыбнулся, когда за спиной Громовержца раздалось:
- Халк ломать!! Халк зол!
- Нас двоих тебе не победить тем более. Сдавайся, Тор, оставь свою безумную затею – мы поймем все правильно.
- Да конечно, - огрызнулся тот, отпрыгивая в сторону, оглядываясь – и еще раз умудряясь увернуться, теперь уже от выбежавшего в зал Халка.
Сражаться стало сложнее, особенно с учетом того, что он не хотел никого из них убивать. Тренировки сказывались, разумеется – Тор справлялся с противниками – но он понимал, что рано или поздно выдохнется и тогда… ему светит наказание, а вот Локи опять отправят в подземные камеры и теперь уже точно постараются убить…
Тор остановился, глядя через плечо на бегущего к нему Халка. Не уловил, в какой момент прямо перед ним оказался Капитан, только ощутил отточенное движение рук, выброшенных вперед в борцовском захвате, и, поставив подножку, которой Роджерс не ожидал, отскочил, оказываясь справа от приближающегося Халка. Стив, поцеловавшийся с полом, помянул черта и начал подниматься на ноги. Слишком медленно, а Халк, взяв разгон, не мог так сразу остановиться.
- Брюс! Брюс, стой!!!! Стив!..
Ас наблюдал, как, словно в замедленной съемке, расширяются глаза Роджерса, как он закрывает голову руками и сжимается в комок, и как огромная зеленая ступня с чавканьем впечатывает его в бетонный пол.
«Справедливые норны… неужели же он ЭТО заслужил??»
Халк остановился. Повернулся, оценивая стоящего неподвижно Тора и… ас сглотнул, увидев страшно исковерканное тело в рваном сине-красно-белом наряде. На гротескном лице Халка мелькнула задумчивость, а потом он подошел и опустился на колени возле того, что осталось от Стива.
- Халк не хотел… - он менялся на глазах, становясь самим собой, Брюсом Бэннером, встрепанным, ошеломленным происходящим. – Стив…
Тор закусил губу. Брюс не смотрел в его сторону, наклонившись к Роджерсу.
«Он мертв по моей вине…»
Но как можно было этого избежать? Либо кто-то из друзей – теперь уже точно бывших друзей, либо Локи… ас посмотрел на бледное до синевы лицо брата и быстрым шагом направился к двери.
«Я не прошу простить. Но я выбрал…»

- Ты опять не спал ночь?
Локи отрицательно мотнул головой. Не спал… и эту ночь, и все ночи до того. Только под утро, устав бороться с самим собой, он ненадолго задремывал, испуганно вскидываясь при каждом шорохе, потому что ему казалось, что он снова пленник Щ.И.Т.а, неспособный защититься, отданный как игрушка психанутому профессору и не менее психанутым супергероям…
Как объяснить это старшему? Как признаться, что, стоит заснуть, и он вновь и вновь переживает время своего плена? Как признаться, что ему холодно и одиноко, несмотря на всю заботу, которой его окружает Тор? Потому что даже свобода не спасает его от памяти.
Брат обнял его за плечи и Локи молча прижался к нему, спрятал лицо на груди, пытаясь успокоиться и чувствуя, как к горлу подкатывает ком.
- Что с тобой?
«Не спрашивай ни о чем… пожалуйста…»
Но кое-что он должен был узнать сам.
- Тор…
- Да? – он не поднимал головы, затылком ощущая ласковый взгляд старшего, его теплое дыхание на своих волосах.
- Тогда, на базе… Роджерс сказал, что ты не приходил, потому что не хотел меня видеть.
- И ты ему поверил? – брат тихо засмеялся, но тут же посерьезнел: - Коулсон сказал, что это не мое дело. Я только потом решился поговорить с Фьюри…
- А… я не видел эту вашу Черную Вдову. Романову. Где она?
- Она, - кажется, Тор слегка замялся, Локи вопросительно взглянул на него. – Она в больнице.
- Что с ней случилось? – странно, вот она-то уж точно была жива и здорова, он абсолютно ясно это помнил.
- Ну… она с Бартоном сидит.
Кажется, небо обрушилось на землю, а он не заметил.
- Ч… что? Он же… погиб, - шепотом выдавил Локи, судорожно уцепившись за футболку брата.
- Да нет, он жив. Но… он в коме, так получилось, его еле спасли и…. Локи? Локи!..

Тор поймал потерявшего сознание брата и перенес его на диван. Пусть придет в себя. С чего он так отреагировал на это известие?
…Они не надеялись, что Клинт выживет, после плазменного заряда выживать не положено. По идее. Бартон был жив, когда они склонились над ним. Заряд чудом не задел сердце, но все равно, не доставь они его за пять минут в больницу, он бы умер у них на руках. А так врачи мигом увезли его на операцию… несколько операций, не одни сутки. Клинт выжил, но впал в глубокую кому, из которой не выходил вот уже месяц. Наташа прямым текстом послала всех нахрен и села дежурить у постели боевого товарища. Она бесилась на Локи, но у нее было время очень многое обдумать. И именно она высказала Тору пару догадок на тему его брата и Хоукая. Он тогда впал в состояние шока. А потом задумался, что она может быть права. И вот сейчас получил этому прямое подтверждение.
- Локи… Локи, очнись!

…Он боялся поверить собственным ушам, а сердце хотело петь от радости. Жив? Жив! И остальное уже настолько неважно…
- А мне можно будет его увидеть?
- Можно. Локи… ты его любишь? В самом деле?
Что на это ответить? Только правду.
- В самом деле. Люблю…

Наташа ничего не сказала, только окинула трикстера внимательным взглядом и кивнула, приглашающе махнув рукой на приоткрытую дверь палаты.
Локи зашел туда на цыпочках, все еще не уверенный полностью, что это не сон. Недоверчиво оглядел кучу всяких приборов, капельницы, аппарат искусственного дыхания… прикусил губу, всматриваясь в такое знакомое, только похудевшее и побледневшее лицо.
- Клинт… - едва слышно выдохнул он, подходя ближе. Кончиками пальцев, не удержавшись, провел по руке, затаил дыхание, слушая тихий стук сердца. – Живой… Ты же поправишься? Обязательно…
Поправится. Из комы выходят. Надо только верить…

За окном рассветало. Локи остался ночевать в больнице, сменив окончательно вымотанную Наташу, которую Тор увез отсыпаться и успокаиваться. Брата он отговорить не пытался – понял, что не получится. Локи был ему за это благодарен.
Он склонился, легко прикасаясь губами к прохладному лбу стрелка.
- Клинт… возвращайся… - это не было заклинанием, просто – просьбой. Вернуться. Не оставлять одного…
Ресницы Бартона дрогнули. Он услышал.

@темы: Миди, Локи, Клинт Бартон (Соколиный глаз/Хоукай), R, Angst, Фанфикшен

Комментарии
2012-08-05 в 01:57 

torchinca
Спасибо за то, что воспользовались нашими каменными календарями
потрясающе. :hlop:
большое спасибо.

2012-08-05 в 05:44 

диспенсер
Гриф - птица терпеливая
Рокэ, герцог Алва, я хоть и читала, но ещё раз прочла с удовольствием.

2012-08-05 в 17:45 

Криштя
Sometimes the within is piano black
обалденно :heart: по-другому и не скажешь.

2012-08-06 в 14:19 

Dr. H. Lecter
Мне можно. Я няшка.(с)
torchinca, рад, что понравилось. :goodgirl:

диспенсер, я выполняю обещание и пытаюсь сваять продолжение. :)

Криштя, спасибо. :shy:

2012-08-06 в 15:46 

Sackuratree
мррр... продолжение?:))) ХОТЕТЬ!

2012-08-06 в 15:52 

Dr. H. Lecter
Мне можно. Я няшка.(с)
Sackuratree, угу, продолжение. ))) Больше ангсту, больше хардкору, как говорится. :)

2012-08-06 в 15:58 

Sackuratree
только ангст! только хардкор! :))

2012-08-06 в 16:01 

Криштя
Sometimes the within is piano black
продолжение. ))) Больше ангсту, больше хардкору
будет продолжение?? шикарно :nechto:

2012-08-06 в 16:06 

Dr. H. Lecter
Мне можно. Я няшка.(с)
Sackuratree, это по-нашему! :laugh:

Криштя, эм... ну... да, будет. :shame:

2012-08-08 в 12:45 

/AKIRA/
-- Мы окружены!!! --Отлично, значит, можно атаковать во всех направлениях. (с)
Рокэ, герцог Алва, читала Ваш рассказ еще на фесте)) Из всех исполнений это мне больше всего понравилось!!! Очень здорово написано, и сцена на крыше просто шикарная.
Клинт подмигивает и неторопливо поворачивается, поднимая лук, чтобы прицелиться.
…Он в самом деле не верил, что друзей можно убивать. Что бы ни было…

Надо было тогда разнести к етунской бабушке эту крышу со всеми, кто на ней находился. Да, и с самим собой тоже. А он просто вмиг разучился двигаться, дышать и говорить, глядя, как Бартон роняет вдруг ставший бесполезным лук и падает на камни. И ему уже было все равно
Этот момент аж до мурашек пробрал!
Я, конечно, не фанат Локи, но здесь мне его было очень жалко. И очень хочется узнать, что же дальше будет. Причем не только с парой Локи/Клинт, но с остальными. Как Клинт воспримет то, что произошло, как сами мстители себя дальше поведут, что с Локи будет и Тором. В общем, вопросов куча)))
В общем, если надумаете на продолжение, то вдохновения Вам по больше!!!

2012-08-09 в 16:27 

Dr. H. Lecter
Мне можно. Я няшка.(с)
/AKIRA/, спасибо. ))) Я был под впечатлением от заявки и честно пытался сообразить что-то более-менее нормальное и соответствующее требованиям. Вылилось все, как водится, в... в то, во что вылилось. Единственное - я сам не знал, жив ли Клинт, и стал целенаправленно уходить от освещения этой темы только с середины фанфика. :)
Что будет дальше - я пока знаю ровно на столько, на сколько оно написано, вдохновение мне очень пригодится. Благодарствую за пожелание. ))) *сгреб вдохновение в охапку, ушел сочинять дальше*)

2012-08-09 в 20:06 

диспенсер
Гриф - птица терпеливая
Рокэ, герцог Алва, вдохновения вам.

2012-08-15 в 17:46 

Dr. H. Lecter
Мне можно. Я няшка.(с)
диспенсер, спасибо. :) Вдохновение вьется где-то рядом и настойчиво пинает. Если не сойду с ума от написательства/редактирования всего и сразу, то скоро с этим продолжением разберусь. )))

2012-08-15 в 19:23 

диспенсер
Гриф - птица терпеливая
Рокэ, герцог Алва, я в вас верю.

2012-11-07 в 20:46 

Eliza Hale
Смерть - это не угасание. Это выключение лампы потому что наступил рассвет.
:weep3::weep3::weep3::weep3:
:hlop::hlop::hlop::hlop:Ресницы Бартона дрогнули. Он услышал.:beg::beg::beg:
:red::red::red:

2012-11-07 в 20:57 

Dr. H. Lecter
Мне можно. Я няшка.(с)
   

You have heart

главная